В рамках проекта «Мастер-класс» T&P поговорили с выпускником программы Master in Management Александром Казаковым о работе в европейском технологическом стартапе, предпринимательском мышлении и о том, как решить вечные проблемы «не знаю, что делать» и «не знаю, как начать».

«Чего бы и не прийти»

Я закончил ВМК МГУ, но еще на первом курсе начал работать с соратником по школе программирования, на которые мы ходили в бывший Центральный дворец творчества на Воробьевых горах. К четвертому курсу я заметил, что все возникающие трудности и неясности были связаны не с технологическими знаниями или математикой, а с вопросами, как договариваться с людьми, доносить до них то, чем ты занимаешься, и так далее. Поэтому я подумал, что вместо дальнейшего погружения в компьютинг стоит понять, что такое бизнес. На факультете с этим все было грустно, поэтому в ход пошли чемпионаты Changellenge, кейс-клуб «Вышки» и другие подобные проекты.

Осенью 2011 года мы выиграли второе место в Changellenge, партнером которого IE является до сих пор (они дают несколько стипендий поступившим). Однажды в субботу мне позвонили и пригласили пройти тест в IE буквально на следующее утро. До этого момента я вообще не думал о зарубежном образовании, но утро было свободным, я подумал: «Чего бы и не прийти, научусь чему-нибудь интересному». До этого я знал, что такое MBA, и подумал, что однажды в жизни может пригодиться. Я сходил, написал тест, после мне предложили пройти интервью, сдать английский, написать рекомендацию и подать документы.

В итоге меня взяли и еще и дали скидку на учебу в 50%. Так случайным образом у меня на столе появилась возможность. Я долго советовался с разными людьми, в том числе с выпускниками, и решил ехать.

«Раньше я думал: найду работу, буду на ней работать»

Это был интересный момент. Мы спрашивали представителей школы, окупится ли образование, повысится ли после наш доход. Нам ответили, что, когда учеба закончится, это будет неважно. Конечно, мы не до конца понимали смысл этой фразы, но она оказалась правдой по двум причинам.

Во-первых, если правда брать все, что дает школа, жизнь меняется настолько, что вещи, которые были важными раньше, перестают таковыми быть. Максимизируется не столько доход, сколько возможности профессиональной реализации в жизни. Люди и ресурсы, с которыми появляется возможность взаимодействовать, позволяют делать то, что раньше было невозможным. Раньше я думал: найду работу, буду на ней работать. Теперь модель в голове совершенно другая: я работаю в стартапе, в котором у меня есть доля, иногда коучу людей по вопросам карьерных стратегий, мои изыскания в технологической сфере после поездки в Кремниевую долину вылились в некие мысли о том, чем я буду заниматься дальше. Это новое море происходящего гораздо интереснее того, каким бы оно было, если б я следовал начерченному маршруту.

Идея «если я что-то расскажу, то что-то потеряю» — глупость

Во-вторых, за исключением ограниченного списка мест, в России почти нигде не учат мыслить как владелец бизнеса или предприниматель. Это ключик в голове, благодаря которому вместо «я хочу заниматься тем-то» ты говоришь «я хочу создать работающую машину, делающую бизнес в этой сфере». Рано или поздно такой подход приносит больше дохода раз в сто.

«Раз уж я пришел, надо с кем-то пообщаться»

На втором месяце учебы я общался с карьерным консультантом, которая сказала мне: «Твой план — вернуться в Россию и пойти в консалтинг, потому что тебе это интересно и ты был в этом успешным, хорош. Но пока ты здесь, воспользуйся шансом — посмотри, что бывает еще». По четвергам проходили регулярные встречи в школьной IE Venture Lab, на которых студенческие или предпринимательские команды рассказывают о своих проектах, получают обратную связь от жюри и просто знакомятся друг с другом. Я пришел, послушал, подумал, раз так, надо с кем-то пообщаться. Смотрю — стоит уверенный и спокойный парень, улыбается. Я решил, что он из одной из команд. Оказалось, что он был сам по себе и в тот момент начинал строить бизнес, связанный с RFID-технологиями на музыкальных фестивалях. На ту встречу он и пришел с целью найти поддержку и людей в команду. Я рассказал, что учусь, что вижу себя в роли переводчика между бизнесом и технологиями и что люблю мероприятия. И он ответил: «Интересно, я ищу технического директора».

То есть сходив к карьерному консультанту, потом — на эту встречу, вместо того чтобы остаться дома, и завязав с этим человеком разговор, вместо того чтобы просто постоять и уйти, я дал этой интересной возможности шанс появиться в моей жизни. После мы встретились еще раз, я три часа задавал вопросы, и почти на все у Скотта (Scott Witters — CEO Glownet. — Прим. ред.) были четкие продуманные ответы. Этот проект значительно отличался от многих других, которые я знал. Разница в том, что за последними обычно не стоит ничего личного: непонятно, почему следующие три года в условиях, когда все может не получаться, денег не будет и так далее, люди будут этим заниматься. У них — вопросительные знаки на все и есть просто желание «делать что-то прикольное». Здесь же у ребят была целая история: опыт организации крупнейшей группы фестивалей в Новой Зеландии с небольшой вечеринки до многотысячного мероприятия и интерес к технологиям, которые уже использовались и прорабатывались из года в год. Они понимали, как все должно работать, как управляться, чему учить продавцов, охранников, как всех расположить и так далее, то есть всю внутреннюю кухню.

© Олег Бородин

© Олег Бородин

После того трехчасового разговора мы договорились, что я сделаю какие-то исследования рынка, а потом ребята мне позвонили и сказали, что улетают в Новую Зеландию: они все еще работали на том фестивале, и его даты совпали с первым проектом Glownet. Мне сказали: «Давай мы купим тебе билет в Новую Зеландию туда и обратно, а ты будешь две недели помогать команде». Я все отменил и в итоге получил феноменальный опыт: безумно красивая страна с потрясающими людьми, мы очень хорошо провели фестиваль, многое создали с нуля и многое поняли.

По итогам поездки я подготовил документ, в котором описал, что в продукте нужно в первую очередь исправлять и улучшать. Через месяц я официально стал техническим директором, еще через месяц у меня появилась доля в компании. Теперь нас пятеро кофаундеров, шесть постоянных сотрудников и около 50 человек в разных странах, которых мы привлекаем под конкретные проекты.

«Все это будет полезно для тебя»

Так я с утра учился, а вечером работал. Было трудно, но очень круто: вокруг тебя находятся люди разного социального статуса из разных стран, разных профессий и взглядов на жизнь, соответственно, и у тебя появляется множество вариантов того, как думать о работе, семье и всем остальном. Это мотивирует не следовать какому-то шаблону, а выходить за его рамки.

Мы делимся на категории: те, кто понимает ценность этого нетворка, и на всех остальных. Первых меньше (о них еще зачастую отзываются негативно: «У них связи» и тому подобное). Но не надо включать сюда родственные связи, которые ведут к коррупции. Вещь, которую IE устраняет на корню, — жадничать и не делиться знаниями. Сама идея «если я что-то расскажу, то что-то потеряю» — глупость. Я тоже был таким. Но когда видишь стартап, который растет два года, понимаешь, что идей вокруг и внутри него — огромное множество, и ни одна из них ничего не значит, пока ты ее не проверил, не доказал или не построил систему ее работы. Количество вещей, которые надо охранять, очень невелико! Чем больше рассказываешь людям о своем проекте, тем больше шансов на успех: они элементарно смогут эффективнее помочь, посоветовать, познакомить с кем-то, кто действительно нужен. Кроме того, они подумают, что ты эксперт, будут поддерживать с тобой связь, пригласят куда-то об этом рассказать. И все это будет полезно для тебя.

Люди не понимают, что есть огромная разница между созданием бизнеса, который приносит деньги, и созданием стартапа

Если компания прибыльна и успешна только до тех пор, пока кто-то что-то не узнал, рано или поздно это случится, и компании не будет. Бизнес успешен тогда, когда можно всем все рассказать, но это не скажется на его жизнеспособности. То есть в нем так совмещены компоненты, что даже когда все все знают, никто не может это повторить. Как работает Facebook с точки зрения пользователя, известно всем, при этом создать успешного конкурента на глобальном рынке со схожим числом пользователей не то чтобы невозможно, но довольно трудно. Для этого необходимы совершенно другой тип мышления и продукта. Нет ничего такого, если Facebook расскажет всем, как у них все устроено. От этого ему будет только лучше.

О любопытстве

Отчасти у меня все сложилось так, потому что мое любимое дело — спрашивать у людей, чем они занимаются, зачем и как. Неважно, может, вы делаете что-то, о чем я никогда не слышал, например, помогаете людям выйти из депрессии после разводов. Это вообще не имеет ничего общего с моей деятельностью, но мне интересно, что важно в этом процессе, как они решают, что именно поможет и так далее. Я задаю вопросы постоянно.

Ответ на вопрос, как это делать, написан в книге «7 levels of communications» Михаэля Джей Мэйера. Это моя любимая категория книг: вообще-то это занимательный роман, но тебя еще и чему-то учат. В ней говорится о том, что мы можем взаимодействовать с людьми разными способами: встретиться лично, позвонить, прислать открытку или бумажное письмо, отправить электронное письмо или публично, например, через рекламу или видеосообщение, которое не адресовано конкретному человеку. Так вот только первые два способа коммуникации помогут вам, если вы хотите что-то с людьми построить, повлиять на них и их решения. На следующих уровнях можно поддержать отношения, а на двух последних — только проинформировать. В эмоциональных серьезных решениях нужно обязательно общаться с человеком лично.

Бизнес как система

Первые два месяца учебы у нас была фиксированная программа, а в последние — специализация на выбор. Я выбрал Digital business. Директор этой программы, очень интересный человек, многих знает в Кремниевой долине и возит туда студентов. Мы общались с совершенно разными людьми: от стажеров в Google до директора по продажам по направлению Латинской Америки в Facebook и вице-президента Oracle. Мы были в инкубаторах, компаниях, где с нами делились опытом, объясняли, как все работает, почему и что почитать. Это безумно вдохновляет. Поражает, с какой скоростью и энергией все происходит. Ты думал: ну, на это нужно три месяца, — а там люди делают это за сегодня. Это новый уровень, это дает понять, что нужно действовать совершенно по-другому.

Важная вещь: мне кажется, люди не понимают, что есть огромная разница между созданием бизнеса, который приносит деньги, и созданием стартапа, то есть нового продукта, услуги или бизнес-модели, которых раньше не существовало, в которых много неопределенностей. Работа по найму кажется людям чем-то вроде оков: их наняли, надо работать, потом за это заплатят, но немного. Свой бизнес — это нечто, что даст возможность делать все, что захочешь. Это полная чепуха. Когда ты владеешь бизнесом, ты отвечаешь перед работниками, которым нужно выдать зарплату, а денег нет, перед инвесторами, которые каждый раз тебя спрашивают, как ты распоряжаешься их средствами, перед клиентами, которым ты чего-то наобещал, перед поставщиками, которым ты тоже должен. Ты работаешь на всех, у тебя куча головной боли, в отличие от найма, где вообще-то очень комфортно. А если вы хотите бизнес, чтобы быстро заработать, скорее всего, вам просто нужно что-то купить и подороже продать.

Думаю, что проблемы «я не знаю, что делать» или «я не знаю, как начать» означают две вещи. Первое — человек не понял, кто он, что для него важно, что его вдохновляет и что он умеет лучше остального. Второе — он не знает, как это можно организовать, то есть у него перед глазами нет примера, и бизнес — это нечто далекое и непонятное. Почему в Кремниевой долине много стартапов? Одна из причин в том, что каждый человек, находясь там, видит, как работают стартапы каждый день. Поэтому, чтобы решить для себя эти вопросы, нужно пойти и быть там, где все происходит. Не факт, что у вас все сразу получится, но вопрос «как начать» решится, потому что вокруг будут люди, которые уже это сделали.